|
|
Sunday, March 19th, 2006
| |
8:59 am - 13
|
|
Влюбленные женщины иногда имеют туповатый вид. Когда я подумал это ней, мне стало жалко моих чувств. Оно начало ослабевать, будто зараженное неизвестным вирусом. Это светленькое крашенное создание смотрело на меня чужими глазами, дрожало, ловило мой взгляд, хлопало ресницами. Нет, это не могла быть она. Я отвернулся. Это не могла быть она. В этот момент когда я понял, что она потеряла себя, я четко, как в замедленном кадре, увидел, что я неожиданно нашел сам себя. Я коснулся кончиками пальцев шеки незнакомки и тихо сказал кому-то: "Спасибо"
|
|
(2 comments | comment on this)
|
| |
8:54 am - 12
|
|
Ми все прекрасно понимаем когда говорят, что влюбились в нас, даже если не называют нас по имени. Точно так же мы прекрасно понимаем когда говорят, что влюбились в кого то другого. И несмотря на то, что ми как кошки прохаду чувствуем когда речь идет о нас, а когда совсем наоборот, мы очень хотим ошибиться. Но никто не даст нам такой возможности. Возможности ошибиться.
|
|
(comment on this)
|
| Saturday, March 18th, 2006
| |
2:23 pm - 11
|
- "Знаешь, не смотря ни на что с тобой останется один процент моей любви, один процент останется с тобой навсегда"
- "Один процент? Один процент любви? Великолепно. Как обезжиренный кефир. Наверное очень вкусно и наверняка очень полезно. Вот только я против такой обезжиренности. Мне не нужно твоей обезжиренной любви, понимаешь? Мне нафиг оно не нужно! Ты понимаешь, скотина?"
А потом понимаешь, что один процент это не ноль, это не зеро. Наглая тётка Надежда вползает в сердце и ядовито с придыхом шепчет: "Один процент это что-то, это даже много, это зёрнышко из которого ты можешь вырастить настоящие живые чувства". И не она уже не отпускает тебя, приводит примеры из истории и литературы (иногда начитанность не только полезна), показывает картинки и начинаешь слушать, а еще хуже верить.
Только влюбленные люди решают бороться за утраченное, за вымышленное и утраченное. Только по собственной дурости взращенной тёткой Надеждой они решают бороться за один процент придуманного счастья. Вернуть любой ценой. Чего бы не стоило. А потом... Вернуть, а потом неинтересно.
|
|
(comment on this)
|
| |
2:12 pm - 10
|
|
Люди похожи русскую игрушку-сувенир матрёшку. Люди не только "блэди", как сказал один полуторагодовалый малыш, они еше и матрешки. Сначала видишь большую матрешку, знакомишься с ней, изучешь, появляется другая матрёшка, потом еще одна, снимаешь одежду, появляется четвёртая, пятая, и еще, и еще, и только в самом конце можно увидеть настоящую личность. Маленькую и беззащитную. И это маленькое может оказаться кем угодно и тогда лучше быть оптимистом. Лучше надеятся и быть оптимистами, ведь мы устали от людей-монстров, от людей-мутантов.
|
|
(comment on this)
|
| |
12:08 pm - 9
|
|
Когда кого-то любишь, тебе сначало всё равно, что тебя не любят. И понимаешь это однажды, когда как ультрафиолетом блестит апатичное к тебе отношение, когда получаешь наотмашь такие фразы, которые ты себе никогда не смог бы позволить. Не позволил бы из-за страха. Животного липкого заикающегося страха, сказать что-то такое, что могло бы её обидеть. А она... Она этого не замечает. Она бросает их гроздьями, оставляя синяки, ссадины, рубцы. И это невероятно тяжело понять и еще меньше хочется об этом думать. И начинаешь тешить себя мыслями, что всегда кто-то любит сильнее, а значит на этот раз ты, а попозже она обязательно в тебя влюбится, потому что если так было со многими, то почему не может быть и с тобой. Выдумываешь объяснения, прощаешь отсутвие желания тебя видеть, прощаешь отсутствие огня в её глазах, прощаешь то, что постоянно отдаешь часть себя и ничего не получаешь взамен. А потом становишься суетливым, нервным, истеричным, пытаешься стать лучше, показать себя еще краше, начинаешь просить, а еще хуже требовать, при этом понимаешь, что это еще больше раздражает, но остановиться уже не можешь. И тогда часто говоришь "Извини", а в глазах дрожит страх. Страх потерять. И это чувствуется. И надо быть очень честным и искренним, ну или очень влюбленным, что бы не воспользоваться этим страхом в твоих глазах. Если бы мы могли выходить на таких остановках. Если бы.
|
|
(1 comment | comment on this)
|
| |
12:01 pm - 8
|
|
Я не решался спросить. Мне казалось если я спрошу, то услышу совсем не то, что я хочу. Вероятнее я даже знал, что она ответит и не решался спрашивать. Лучше было слушать её молчание. Молчание тоже бывает одобрительным. Мне легче было терпеть и не знать, чем узнать, а потом терпеть последствия такого знания. От неё можно было всего ожидать.
|
|
(comment on this)
|
| |
11:38 am - 7
|
|
У одиночества много преймуществ. Это правда, я не выдумываю и не кокетничаю, в одиночество можно влюбиться (каждый из нас влюблялся во что-то еще более странное). В него можно влюбиться и не представлять как жить без него дальше. Жаль что у одиночества, впрочем как и у всех вещей, есть недостатки. Например вопросы. Вопросы которые задают друзья. Человека неодникого спрашивают о жене, любовнице, ребенке. Это тоже не вдохновляет, но одинокому достаются непростые вопросы. Они его добивают. Ведь надо в конце разговора обязательно спросить что-то похожее на интимные темы, вот они все и начинают пинать, заботливые друзья, сопереживающие близкие и родные. Сначала они лихорадочно думают, про что(кого) тебя спросить, а как же по другому? По другому просто невежливо и не по-дружески. Именно так они и думают. А спросивши они и не слышат твоего ответа, они как палочка, а ты как муравей. Построил свой домик, свой муравейник, дворец одиночества, и думаешь что защищен и все в порядке, ведь должно же так нравится жить во дворце, а они туда! Палочкой! Палочкой! "Мы не оставим тебя одного". И по нервам палочкой! Палочкой!
|
|
(comment on this)
|
| |
11:34 am - 6
|
|
Для меня существуют только прямые рейсы. У меня искривленная жизнь, поэтому рейсы должны быть только прямые. Что то должно же быть несложным, прямым, простым и честным?!
|
|
(comment on this)
|
| |
1:35 am - 5
|
Я познакомился с ней в Инете, в каком-то дурном подростковом чате или псевдоинтелектуальном форуме. Уже не вспомню. Мы просто искали ни к чему не обязывающих приключений и развлечений на ночь, неделю, две, месяц. Нам было удобно быть рядом друг с другом, удобно делить вместе вечера, ходить в кино и рестораны, засыпать в обнимку, вместе просыпаться. Было приятно заглядывать друг другу в глаза, прикасаться друг к другу. Ведь что может быть приятнее чем гладить и прижиматься к молодому здоровому телу. Телу которое пахнет мандариновыми косточками и имеет вкус цитрусовой кислинки? Почти ничего.
|
|
(comment on this)
|
| |
1:35 am - 4
|
|
В тот вечер у меня впервые не получилось. Хотя начал я, она не хотела, отвернулась от меня и делала вид, что спит. Ей всегда нравилось притворяться спящей, а я её тихонько насилую. Вхожу в неё сонную, мягкою, томную. Маленькое такое и наверное даже симпатишное извращение. А тут видете ли не понравилось, к тому же у меня ничего не получилось. Она включила свет, а я чувствовал себя абсолютно беззащитным и зарывался в простыни как зародыш к материнскую утробу. А она рассказывала подозрительно трезвым и спокойным голосом, что всё в порядке, что мы прорвёмся, что со всеми такое бывает. Ей хотелось меня поутешать и я почувствовал её мягкую ладонь на моей спине. Я был крохотным и зависимым от неё, я её сейчас ненавидел и ненавидел себя за свою ненависть к ней.
|
|
(comment on this)
|
| |
1:34 am - 3
|
|
Она писала письма, - какие они были, я не помню, потому как были они одинаковые. Её одинаковые письма. Её многостраничные одинаковые письма, которые наверняка были чувствительны, печальны и наполненны осенью. Я не отвечал. Зачем. Я не люблю писать писем. Ведь я иногда звонил. И когда звонил всегда уходил ото всех подальше, чтобы никто не услышал то, как я говорю и не спросил дурацкое "А кто это?". Как мне её называть я тоже не знал. Кем она была мне? Что-то вроде картинки, к которой привыкаешь и когда кто-то обращает на нее внимание, замечаешь, что краски уже погасли. И всё
|
|
(comment on this)
|
| |
1:34 am - 2
|
|
Ей не хватало ... Ей постоянно чего то недоставало, такое то самое "что-то", которое делает из женщины синюю птицу. Она была умной, симпатичной. Красивой и конечно умной. Из тех женщин которые никогда не задумываются красивее она других или нет. И это очень ей шло, потому она была естественна. И честна. Но чего-то ей не хватало, чтобы стать моей синей птицей. И тогда я решил, что мне нужно уехать из города. А лучше из страны. И это были не пустые слова или необдуманое решение. Тогда я сбежал в первый раз.
|
|
(comment on this)
|
| |
12:40 am - 1
|
Я постоянно искал синюю птицу. Всю свою жизнь. Мне казалось, что именно я, а не кто-то другой, его выдумал, вырисовал, вырезал мамиными маникюрными ножницами из тонкой бумаги, выбрал наилучшую голубую краску для её перьев, кормил его семенами и цветочным нектаром, холил его, рассказывал свои сны и выдуманные сказки.
А потом он исчез. Исчез потому что понял своё предназначение. Быть для людей призраком счастья. Моя синяя птица. Я потеря её еще птенцом и был обречен на поиски.
|
|
(comment on this)
|
|
|
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
kavovyj_prismak's journal